Сейчас открываем вывески, очень хороший тут реставратор Полина. Дело было так. Где-то два года назад я делал вот этот южный фасад, консервацию фасада, вот эту древнюю часть дома, где изразцы, на втором этаже стояли леса, и мне приходили иногда помогать волонтёры - с ними очень тяжело работать. Это, конечно, нужное дело, потому что люди приобщаются к этой теме, но это требует дополнительных сил и времени. Сейчас вот у Полины приходят волонтёры - но это же научная реставрация, надо чтобы человек имел навык, умел это всё делать, а тут приходят неподготовленные, и очень много времени нужно, чтобы им объяснить. Обучение такое происходит, ей это как дополнительная нагрузка к реставрации, но это очень важное дело, мы хотим это тоже всё делать. Так, я начал издалека: и пришёл такой Дмитрий Андреев, он вообще историк, но сейчас у него практика юридическая. Он восстанавливает какую-то усадьбу, вот Дима Андреев мой приятель, на дне рождения у Опарина часто бывает. И он просто пришёл помогать, а я думаю: “Господи, что же делать, что ему дать?”, и я ему дал такую аккуратную работу - отмывать изразцы, и вот именно в этот день он мне говорит: “А ты знаешь, что там у тебя буквы в Подколокольном? Там следы вывески”. Короче, это он нашёл первый. Работать было уже невозможно, надо было срочно посмотреть, что там, и мы туда спустились, там действительно были вывески над проёмами. То есть это всё были дверные проёмы торговых рядов, и были вывески в простенках, и был фрагментик вывески в простенке между проёмами, и я об этом сказал Кате Демидовой, которая с Натальей Тарнавской работает, она реставратор живописи. Она пришла, и на общественных началах несколько раз укрепила, осмотрела это всё, но Наталья тогда это не взялась организовывать - сказала, что мало всего сохранилось, ничего не видно. А прошлой зимой мы просто с Ваней шли мимо, и я обнаружил, что начал отваливаться очень большой кусок штукатурки. Она как бы расслаивалась, там штукатурка старинная, где вывеска, поверхность насечена молотком и сверху была зашпаклёвана, то есть ещё один слой - вот он отслоился, и стало видно, что там такой же зелёненький фон, как на простенке, и я понял, что там вывеска тоже есть. Мы принесли лестницу, поставили, я так немножко пальчиком её дёрнул, и отвалился большой кусок, там была буква “Д”. Тоже я это отправляю Кате, Катя говорит: “Ну что, открываем?” - я говорю: “Да, конечно”. В общем, она это отправила Наталье, и Наталья говорит: “Ну будем заниматься тогда”. И когда уже пришёл период, когда тепло и можно работать, мы перед этим взяли разрешение “Москомнаследия” на эти работы: провести там зондажи, исследование, и сейчас вот по этому разрешению ведутся работы, Наталья собирает деньги. Там нормально открылось слово “воды”. Они как бы двигаются наоборот, справа налево. И там какая-то подпись художника. Но там так много выпаданий, что можно только гадать. Я подобрал варианты какие-то, смотрел в интернете, какие фамилии вообще реально бывают, если заменять эту букву, ту, в общем, у меня три варианта есть. Они уже две надписи открыли, вторая надпись очень плохо сохранилась, и мы предполагаем, что это может быть слово “столовая”. Там над каждый входом была какая-то надпись. Пока никаких решений мы не принимаем. У Полины есть старшие товарищи, с которыми она советуется, опытные реставраторы живописи, и пока мы не приняли решение, что с этим делать, мы хотели совместно. Сейчас задача их раскрыть и укрепить, чтобы было, как до нас дошло. Моё мнение - так и оставить. Можно было бы хорошо обмерить эти буквы и сделать графические реконструкции, какие это были вывески, просто для публикации. Вообще там интересный замысел. Дай Бог, чтобы там была вся информация. Пока не понятно, что там будет. Это не просто надписи, это была какая-то роспись, целый комплекс такой, то есть это фрагмент фасада, который был где-то расписан под плиточку, вот эти карнизы были тоже цвета какого-то … Шрифт похож на идеи модерна. Может, это либо самый конец 19 века, либо начало 20ого. Ничего из фото не обнаружили, и вообще по дому ничего нет, таких ранних фотографий нет. Этот фасад очень плохо фотографировался, есть только одна фотография с угла, которая нас не интересует сейчас, но Полина говорит, что она следы покраски карниза нашла и по Хитровской площади, но там в советское время были проломаны новые проёмы квадратные, и все эти росписи скорее всего погибли. Может быть, в простенках что-то будет, там хотят тоже дополнительные исследования провести, и, видимо, это была какая-то единая идея, где все вывески были вписаны в архитектурные ниши, и всё это было продумано; в общем жалко, что там заменялась штукатурка и мы не всё найдём, и только может этот фрагмент будет наиболее полный, это вообще говорит ещё о том, как эти торговые ряды использовались в раннее время, потому то, например, где сейчас открываются вывески, в начале века была скобяная лавка, то есть там торговали гвоздями, может, какими-то ручками железными, молотками, чем-то связанным со строительством, потому что здесь был рынок рабочей силы, биржа труда, именно связанная со строительством - все, кто здесь нанимались, они строили Москву того времени, через нас они проходили, жили в этих ночлежных домах, в общем, интересно, что там дальше, какие вывески, что будет обнаружено. Они сейчас переходят на третью.
Вообще этот дом, фасады, которые сейчас организуют угол Подколокольного и Хитровской площади, построен в два этапа. Первого не очень точно известны даты, но, судя по всему, это 1850ые годы. А потом к этому готовому объёму был пристроен дом, где сейчас церковь находится на первом этаже - ну, приходская жизнь там у них - вот по этой части есть точная дата строительства и чертёж фасада - 1866 год, а по той, ранней - не понятно. И сейчас не очень понятно, когда там возник штукатурный слой существующий - видимо, в 1850ые годы дом ещё был в кирпиче, и нам кажется по этой находке по вывеске, что только в конце 19 века он был оштукатурен вместе с корпусом 1866 года, потому что слои вывески, краска - это как бы первый слой сразу после отделки - дома отделали и сразу нарисовали эту вывеску. Она очень ранняя, и мы думаем, что она дореволюционная. И потом ещё сверху 8 слоёв найдено сейчас или даже больше - просто закрашивали и заштукатуривали. На фотографиях конца 19 века - начала 20ого нарисованных вывесок мы не видим, они все накладные, то есть это какие-то вывески, которые были ещё до вот этих накладных. Вообще это очень важная находка. Дореволюционных вывесок мало, а чтобы на фасадах нарисованная - может быть, это единственная такая вывеска из всех найденных в Москве. Всё, чем занималось движение “Вспомнить всё” - это в основном послереволюционные вывески 20ых годов, и в прошлом году открыты были вывески на Мясницкой, но они выполнены в камне, в граните, высеченные буквы.